Колокол
Русский журнал в Лондоне
Автор: Татьяна АлексееваДата: 2003-02-21 16:07
Комментарии:
Рейтинг:
Уважаемый господин редактор!
Мне случается время от времени смотреть наше телевидение. И почти каждый раз, когда я усаживаюсь напротив экрана, ко мне в дом входят несколько грубых, невоспитанных и невежественных людей. Как ни дико это звучит, эти люди - члены нашей Государственной Думы.
Глядя на них, очень хорошо понимаешь, почему почти все они тайно или явно сочувствуют большевикам. Ведь если бы не генетические чистки революции, гражданской войны, 37-го года, если бы не сто лет эмиграции, когда волна за волной далеко не худшие наши мозги утекали за кордон, - какие шансы на карьеру были бы у самых популярных сегодняшних думцев?
Полагаю, что в дореволюционные времена Зюганов мог бы дослужиться в лучшем случае до пристава, Харитонов не поднялся бы выше дворника, Жириновский мог бы рассчитывать на карьеру карточного шулера или клоуна в провинциальном цирке. Единственный, кто остался бы тем, кто он есть, то есть недалёким, но честным пролетарием, был бы милейший господин Шандыбин.
Смешно было бы спрашивать у этих людей, читали ли они Билль о правах, джефферсоновскую конституцию, работы Токвиля или Исайи Берлина, без которых трудно говорить о современном демократическом законотворчестве. Убедительно свидетельствует о культурном уровне новых думцев и наш уголовный кодекс, о котором Ваш журнал уже отозвался в первом номере.
Я не хочу сказать, что в Думе вовсе нет интеллигентных лиц. Они изредка встречаются где-то на правом фланге. Но их так мало...
Казалось бы, в высшем законотворческом органе, который призван создавать законы великой страны, должны быть собраны самые блестящие правоведы, самые искусные юристы, самые компетентные эксперты, какие только есть в России. И если один созыв за другим показывают всем нам, что такую Думу мы выбрать не в состоянии, значит, надо что-то менять в избирательной системе нашей страны.
В своё время Герцен, на которого Вы так часто ссылаетесь в Вашем журнале, говорил, что всеобщая подача голосов в стране, не готовой к демократии, подобна бритве в руках сумасшедшего. В самом деле, может ли малограмотная Авдотья Никифоровна в далёкой деревне осмысленно выбрать делегата в законотворческий орган? В лучшем случае она послушно оставит в списке того, на кого укажет ей местное начальство, местное телевидение или радио. Какой простор для коррупции, для клановых и криминальных делишек это открывает, мы постоянно наблюдаем все последние годы. Да и куда более продвинутому городскому жителю нелегко судить о способности своего кандидата к созиданию законов. Приходится ориентироваться на так называемую харизму, то есть очень часто - на способность к популизму, демагогии, на личное обаяние, которое вполне может послужить маской для авантюриста.
В результате мы имеем то, что имеем.
Мне кажется, мы не должны сотворять себе кумир из той формы демократии, которая сложилась в других странах. В частности, в России в законотворческий орган я предложила бы выбирать депутатов из числа профессионалов. У нас есть коллегии адвокатов, НИИ правоведения, министерство юстиции, преподавательский корпус университетов и юридических институтов, писатели, журналисты и учёные, работающие в смежных областях. Все эти люди, как правило, знают друг друга; в этом мире, как во всяком другом, существуют сложившиеся репутации: кто настоящий учёный, а кто купил диссертацию, кто честный, а кто взяточник, кто подхалим, а кто человек с принципами, кто негодяй, а кто человек порядочный.
Таким образом, эти люди будут выбирать депутатов из своей среды осмысленно. Кроме профессионалов, в такой Думе могли бы быть и представители общественности, которые осуществляли бы своего рода этический, нравственный контроль за действиями законотворческого органа. Это должны быть личности масштаба Сахарова или Лихачёва, то есть люди, всей своей жизнью заслужившие право на доверие народа. Они могли бы попасть в избирательные списки по представлению общественных организаций после широкого обсуждения по телевидению и в прессе.
Такая Дума сможет не просто штемпелевать законы, созданные бюрократами в коридорах власти, но активно, творчески и профессионально участвовать в их создании.
Что касается общенародного представительства, то вот тут-то как раз и пригодился бы Совет Федерации. Но и здесь выборы должны стать разумными. Дайте Авдотье Никифоровне возможность выбрать того, кого она знает как человека, по крайней мере, грамотного, справедливого, не вора и не подлеца. Пусть это будет не сам депутат, а выборщик. Выборщики - а их кругозор уже будет шире - в свою очередь, смогут более осмысленно выбирать сенатора от своей области или края.
Этот сенатор, ни в коем случае никем не назначенный, а действительно придирчиво выбранный, сможет бороться в Москве за интересы своих земляков, отчитываться перед ними по меньшей мере два раза в год. И собрание выборщиков сможет безо всякой волокиты, простым большинством и тайным голосованием, отозвать этого сенатора, если он окажется продажным или недееспособным.
Татьяна Алексеева, преподаватель.
Рекомендуем посетить:
Мне случается время от времени смотреть наше телевидение. И почти каждый раз, когда я усаживаюсь напротив экрана, ко мне в дом входят несколько грубых, невоспитанных и невежественных людей. Как ни дико это звучит, эти люди - члены нашей Государственной Думы.
Глядя на них, очень хорошо понимаешь, почему почти все они тайно или явно сочувствуют большевикам. Ведь если бы не генетические чистки революции, гражданской войны, 37-го года, если бы не сто лет эмиграции, когда волна за волной далеко не худшие наши мозги утекали за кордон, - какие шансы на карьеру были бы у самых популярных сегодняшних думцев?
Полагаю, что в дореволюционные времена Зюганов мог бы дослужиться в лучшем случае до пристава, Харитонов не поднялся бы выше дворника, Жириновский мог бы рассчитывать на карьеру карточного шулера или клоуна в провинциальном цирке. Единственный, кто остался бы тем, кто он есть, то есть недалёким, но честным пролетарием, был бы милейший господин Шандыбин.
Смешно было бы спрашивать у этих людей, читали ли они Билль о правах, джефферсоновскую конституцию, работы Токвиля или Исайи Берлина, без которых трудно говорить о современном демократическом законотворчестве. Убедительно свидетельствует о культурном уровне новых думцев и наш уголовный кодекс, о котором Ваш журнал уже отозвался в первом номере.
Я не хочу сказать, что в Думе вовсе нет интеллигентных лиц. Они изредка встречаются где-то на правом фланге. Но их так мало...
Казалось бы, в высшем законотворческом органе, который призван создавать законы великой страны, должны быть собраны самые блестящие правоведы, самые искусные юристы, самые компетентные эксперты, какие только есть в России. И если один созыв за другим показывают всем нам, что такую Думу мы выбрать не в состоянии, значит, надо что-то менять в избирательной системе нашей страны.
В своё время Герцен, на которого Вы так часто ссылаетесь в Вашем журнале, говорил, что всеобщая подача голосов в стране, не готовой к демократии, подобна бритве в руках сумасшедшего. В самом деле, может ли малограмотная Авдотья Никифоровна в далёкой деревне осмысленно выбрать делегата в законотворческий орган? В лучшем случае она послушно оставит в списке того, на кого укажет ей местное начальство, местное телевидение или радио. Какой простор для коррупции, для клановых и криминальных делишек это открывает, мы постоянно наблюдаем все последние годы. Да и куда более продвинутому городскому жителю нелегко судить о способности своего кандидата к созиданию законов. Приходится ориентироваться на так называемую харизму, то есть очень часто - на способность к популизму, демагогии, на личное обаяние, которое вполне может послужить маской для авантюриста.
В результате мы имеем то, что имеем.
Мне кажется, мы не должны сотворять себе кумир из той формы демократии, которая сложилась в других странах. В частности, в России в законотворческий орган я предложила бы выбирать депутатов из числа профессионалов. У нас есть коллегии адвокатов, НИИ правоведения, министерство юстиции, преподавательский корпус университетов и юридических институтов, писатели, журналисты и учёные, работающие в смежных областях. Все эти люди, как правило, знают друг друга; в этом мире, как во всяком другом, существуют сложившиеся репутации: кто настоящий учёный, а кто купил диссертацию, кто честный, а кто взяточник, кто подхалим, а кто человек с принципами, кто негодяй, а кто человек порядочный.
Таким образом, эти люди будут выбирать депутатов из своей среды осмысленно. Кроме профессионалов, в такой Думе могли бы быть и представители общественности, которые осуществляли бы своего рода этический, нравственный контроль за действиями законотворческого органа. Это должны быть личности масштаба Сахарова или Лихачёва, то есть люди, всей своей жизнью заслужившие право на доверие народа. Они могли бы попасть в избирательные списки по представлению общественных организаций после широкого обсуждения по телевидению и в прессе.
Такая Дума сможет не просто штемпелевать законы, созданные бюрократами в коридорах власти, но активно, творчески и профессионально участвовать в их создании.
Что касается общенародного представительства, то вот тут-то как раз и пригодился бы Совет Федерации. Но и здесь выборы должны стать разумными. Дайте Авдотье Никифоровне возможность выбрать того, кого она знает как человека, по крайней мере, грамотного, справедливого, не вора и не подлеца. Пусть это будет не сам депутат, а выборщик. Выборщики - а их кругозор уже будет шире - в свою очередь, смогут более осмысленно выбирать сенатора от своей области или края.
Этот сенатор, ни в коем случае никем не назначенный, а действительно придирчиво выбранный, сможет бороться в Москве за интересы своих земляков, отчитываться перед ними по меньшей мере два раза в год. И собрание выборщиков сможет безо всякой волокиты, простым большинством и тайным голосованием, отозвать этого сенатора, если он окажется продажным или недееспособным.
Татьяна Алексеева, преподаватель.
Рекомендуем посетить:
Теги:Письмо В Редакцию
Поддержка нашего журнала: